Лопата Вера Ивановна

Лопата Вера Ивановна

Родилась в семье которая состояла из 5 человек, это: отец ,мать, брат, сестра и я. Мой отец, Лопата Иван Ефимович, был уроженцем Черниговской области. Моя мама, Лопата Марина Ильинична, была из Киева, поселок Дарница. Мой брат Аркадий был летчиком, он погиб под Москвой 5 января 1943 года, моя сестра Евгения была учителем английского языка.

Моя семья жила в доме на 2 хозяина. Что касается моего образования, то я училась в разных школах, потом училась в стекольном техникуме ( 1939-41). А потом началась война.

В 1941 взорвали все предприятия , некоторым удалось эвакуироваться, но в основном это была верхушка, к нам еще тогда приехали родственники из Киева. Я очень хорошо помню, как мы с сестрой и дядей пошли на вокзал и попытались уехать, но, к сожалению, нам это не удалось, т.к все вагоны были забиты начальством и евреями. Мой дядя залез на крышу вагона, а я и сестры пошли обратно домой, вот тогда и начались тяжелые годы выживания. Когда пришли немцы, мы, конечно же, их не ждали, мои родители во время войны остались в Константиновке, потому что старые люди были для них бесполезны. Я точно не помню, в каком месяце пришли повестки, это был май или июнь 1942. В них говорилось о том, что я и сестра должны явиться в комендатуру. Что касается меня, то меня не было дома, а сестра пошла и после этого она была отправлена в Германию, на работу на авиа заводе. Что касается меня, то я попала в Германию в конце августа. Я пошла с моим отцом на рынок, там была облава: меня повели в комендатуру, а потом повели на вокзал. На вокзале меня посадили в вагон с другими девочками. Это был товарный вагон, в вагоне был один сопровождающий немец. Когда мы ехали, они дали нам хлеб и воду. Больше всего я запомнила один случай: мы проезжали Львов и села. Там возле дороги лежали убитые совсем молодые еврейские девушки, некоторые из них были повешены и висели на виселицах.

Приехавши в Германию, мы попали на сборный пункт. Там нас оформили, записывали наши фамилии (мы стали там рабами). Нас покормили только на 2-й день, и то это была вода с брюквой. Мы сначала отказывались есть это, но потом все же сьели ,т.к. мы были очень голодны. Я еще тогда не знала ,что мне придется провести там 2 года и 8 месяцев .Утром нас подняли и построили в линию, мимо нас, узников, прошла семья с собаками. Они выбирали девушек для работы по дому, но я не попала туда. Что касается других узников, нас посадили в машины и повезли в лагерь в Рюдерсдорф.

Когда мы приехали в лагерь, нам сказали, чтобы мы заселились в комнаты. В каждой комнате находилось по 14 человек. Нас подняли в 5 часов утра и рассказали, что мы будем делать в нем. Потом нас повезли на фабрику. Там мы должны были выполнять тяжелую работу. Я возила тачку с бетоном, щебенкой, песком в бетономешалку, потом готовую смесь отвозила в другое место и высыпала. Как оказалось, с этой смеси они делали плиты, благодаря которым они отстраивали свои разрушенные объекты. Иногда мы делали пакости немцам, в раствор сыпали песок, и их плиты начинали разрушаться. За это мы получали плетью. Также мы получали и за то, когда по дороге на фабрику пели советские песни. За это они били нас плеткой по пяткам. немцы страшно не любили песни, восхвалявшие советскую власть и Сталина. Что касается питания, то нас кормили 3 раза в день: утром в лагере, днем на работе и вечером опять в лагере. Только по праздникам мы получали картофель в мундире и мясную подливку. У нас был выходной в воскресенье после 14. В лагере были не только русские ,но и иностранцы, с которыми мы общались. Также были случаи ,когда некоторые люди отказывались работать: они намазывали ноги какой-то травой, и она начинала гноиться. Их отправляли в медпункт и, когда они чувствовали себя лучше, они прибирали территорию возле медпункта.

В 1944 я с моей подругой отважилась сбежать с лагеря, узнавши, что наша армия находится в Польше. Мы пошли к трамвайной остановке и ехали неизвестно куда. На каждой остановке объявлялась станция. Одна из станций называлась Александровская площадь. Это уже был Берлин. Мы встали на этой остановке, на стенах было много плакатов, мы пошли к выходу и вдруг неожиданно нас остановили, к счастью, это оказались наши люди: они предложили нам пойти в их лагерь. Этих парней звали Витя и Вова, они оказались тоже с Константиновки. В этом лагере я встретила снова знакомую с Константиновки, ее звали Вера. Я училась с ее братом в одном классе, они нас накормили и сказали, что мы далеко не уйдем, потому что нас скоро опять заберут обратно. На следующий день мы сели опять на трамвай, и на остановке, где мы вышли, нас снова взяли немцы и отправили в этот же лагерь. Там мы получили 25 ударов плетью, а затем нас закрыли в карцер на 5 дней. Нас там не кормили, только один человек (позже мы узнали, что он был коммунистом). Потом нас опять отправили на работу на фабрику. В качестве зарплаты в 1944 году я получала 3 марки.

В скором времени узники узнали, что наша армия уже недалеко и они в скором времени будут в Берлине. Мы ужасно этому радовались, а немцы тем временем нас страшили ,но мы все равно не переставали показывать им, что мы рады и ждем нашу армию. Были частые налеты на Берлин, и немцы начали нас эвакуировать. Мы перешли реку Шпре и остановились в лесу. Ночью началась бомбардировка, а к утру уже было тихо. Мы увидели, как на трассе Франкфурт –Берлин 1-е шли орудия, потом пехота. Среди пехоты был мой знакомый Володя Берюков. Это был последний раз, когда я его видела. Я попытаюсь найти его и его родственников в Константиновке, но это, к сожалению, ничего не даст, потому что вряд ли кто-то знает этого человека.

Что касается продолжения моей истории, то нас отправили в «свой» лагерь. Когда мы подошли к конторе, то увидели много различных документов на земле. Среди них я увидела документы с фамилией Лопата. Потом я отправилась вместе с другими в Потсдам. Нас всех допрашивали, проверяли здоровье. Утром для завтрака я на рынок и купила сало на марки. Потом в обед был сытный жирный суп, но мне вдруг стало плохо. Я звала на помощь, пока все начали праздновать день победы. Мысленно я понимала, что хочу быть с ними и праздновать, но я лежала. Потом пришли солдаты и забрали меня, но я этого уже не помню, т.к от жирной пищи, которую я не ела долгое время, мне стало плохо и я могла умереть. Вскоре я оправилась.

Так как я имела не запятнанную репутацию, то я попала в список 1 вагона. Где-то 24м-25 мая 1945 года я приехала домой. Моя дорога домой заняла около 2-3 дней. Я думала остаться в Германии, но не сложилось.

Лучше бы никогда не было войны , чтобы всегда был мир ,труд и любовь. Хочу передать будущему поколению, чтобы они были серьезными, берегли свою семью, народ, государство. Чтобы в каждую минуту могли всегда защитить свою страну. Я думаю, что на данный период времени можно жить в мире и согласии, только надо уважать стариков, не забывать их ,перенимать весь их профессионализм.